Проблемы роста: экономическое сотрудничество Москвы и Пекина

Проблемы роста: экономическое сотрудничество Москвы и Пекина

За пределами энергетического и военно-технического сотрудничества экономическая повестка российско-китайских отношений свелась к российским поставкам в Китай сои и мороженого (таинственная «Коровка из Кореновки», которой Путин угощал Эрдогана во время авиасалона МАКС). Это заставляет усомниться в реалистичности поставленной задачи удвоить в ближайшие годы объем двусторонней торговли, доведя его до $200 млрд.

Главной особенностью сентябрьского ВЭФ-2019 стало сжатие «китайской повестки» до нескольких небольших дискуссий. В прошлом году почетным гостем форума был председатель КНР Си Цзиньпин, а в этом статус китайской делегации снизился сразу на несколько ступеней. Ставка была сделана на демонстрацию «многополярности» российской внешней политики в Азиатско-Тихоокеанском регионе, куда постепенно смещается эпицентр мировой экономики. Хедлайнером форума выступил на этот раз премьер-министр Индии Нарендра Моди.

Российско-китайское партнерство обсуждалось в контексте транзитного потенциала Дальнего Востока как уникального транспортного коридора, соединяющего Европу и Азию. Второй главной «китайской» темой стало сотрудничество в сфере сельского хозяйства. Китайские гости и, прежде всего, Генеральный секретарь Китайской ассоциации развития предприятий за рубежом Хэ Чжэньвэй, активно призывали российский бизнес заместить поставки американской сои.

4 сентября китайской тематике была посвящена сессия Валдайского клуба на ВЭФ-2019. Представители руководства РФ говорили о росте инвестиционной привлекательности Дальнего Востока. При этом на Китай приходится 59% всех накопленных ПИИ на Дальнем Востоке. По словам заместителя главы Миндальвостокразвития Александра Крутикова, хороший результат дало повышение пошлин на вывоз из России необработанного леса: его экспорт в Китай в последние годы упал на 30%, тогда как экспорт обработанной древесины вырос на 80%. «Ближайшее время посвятим сшиванию наших экономик», ‒ оптимистично заявил Кутиков.

В то же время китайские спикеры отмечали огромное число нерешенных задач, тормозящих развитие сотрудничества. Так, глава российского бюро информагентства агентства «Синьхуа» Фань Вэйго сообщил, что этим летом Китай открыл границы для немодифицированной сои из всех регионов России. Тем не менее, из 90 млн. тонн импортируемой сои на РФ приходится всего около 3,7 млн тонн. «Улучшайте инвестиционный климат и наращивайте поставки, сейчас лишь 2,5% всей закупаемой Китаем сельхозпродукции поступает из России, этого явно недостаточно», ‒ подытожил он и добавил, что только при улучшении инвестклимата можно будет достигнуть товарооборота $200 млрд.

Тот же Александр Крутиков сообщил, что фактически провалились проекты международных транспортных коридоров «Приморье-1» и «Приморье-2» (по ним предполагалось везти товары из Китая в порты Приморья), а также обустройства российской половины острова Большой Уссурийский (вторая половина принадлежит Китаю). «Мы не можем найти китайских инвесторов для модернизации МТК, после каждой межправкомиссии они появляются, якобы готовые инвестировать, но когда доходит до дела, растворяются. Мы ждем, когда правительство КНР даст нам список компаний, с которыми реально можно работать». По поводу острова Большой Уссурийский он заметил, что «очень много денег надо вкладывать, строить инфраструктуру… А остров затапливает каждый год».

Отдельной проблемной точкой российско-китайскго были названы мосты. Эмблемой российского «поворота на Восток» должен был стать железнодорожный мост Нижнеленинское ‒ Тунцзян через реку Амур, китайская часть которого была быстро построена, а российская превратилась в долгострой. Да и на самом ВЭФе с мостом был связан маркетинговый ляп: вместо моста на остров Русский Минпромторг по ошибке напечатал на официальном буклете и всей сувенирной продукции изображение вантового моста в Бангкоке.

5 сентября Владимир Путин встретился во Владивостоке сруководителем китайской делегации, заместителем Премьера Госсовета КНР Ху Чуньхуа. И хотя речь шла о «представительной делегации наших китайских друзей», но уровень представительства и тематика встречи (посадки сои и сотрудничество в формате северо-восток Китая – Дальний Восток России) указывают на некоторую пробуксовку экономических отношений.

Некоторые из проблем, поднимавшихся на ВЭФ-2019, обсуждались и до начала форума. Так, 10 августа депутаты Госдумы предложили правительству поддержать экспансию российских сельскохозяйственных производителей на китайский рынок на фоне торговой войны Китая и США. Инициатива содержалась в письме комиссии нижней палаты по правовому обеспечению развития организаций ОПК. В частности, депутаты предлагали:

  • в 2019-2021 гг. увеличить с 8 млрд. руб. до 12-14 млрд. руб. сумму, ежегодно выделяемую на компенсацию затрат на покупку техники отечественными сельхозпроизводителями;
  • установить льготные тарифы российским экспортерам на транспортировку и логистику;
  • разработать меры поддержки экспорта в Китай (в том числе льготное целевое кредитование производителей сельхозтоваров и продовольствия).

Помимо этого, в документе указывалось, что российские производители сельскохозяйственной техники готовы увеличить объемы выпускаемой продукции, «если власти примут такое решение». По мнению депутатов, предложенные меры «позволят заложить российским экспортерам основу для оперативного замещения американской продукции на китайском рынке». Другими словами, на данный момент российские производители не готовы без государственной поддержки наращивать производство сои и в полной мере воспользоваться открывшимся окном возможностей.

Высказанная заместителем главы Миндальвостокразвития Александра Крутикова позитивная оценка последствий повышения пошлин на вывоз из России необработанного леса также не находит подтверждения в словах жругих топ-чиновников. 15 августа министр природных ресурсов и экологии Дмитрий Кобылкин заявил, что в связи с проблемой незаконной вырубки леса может быть запрещен экспорт в КНР: «Китай должен четко понимать, что если они не подключатся к решению этой проблемы, то у нас не будет другого варианта, кроме как запретить экспорт леса полностью». Министр предложил китайской стороне совместными усилиями высаживать лесопосадочный материал.

Наконец, отдельно отметим, что вопреки всем заявлениям об «уникальном транспортном коридоре, соединяющем Европу и Азию» реальные инфраструктурные проекты без китайского финансирования «ставятся на паузу». Так, 2 августа при участии Дмитрия Медведева был пересмотрен комплексный план модернизации и расширения магистральной инфраструктуры (КПМИ) до 2024 г. Проект паспорта нацпроекта «Транспортная часть КПМИ» приняли «с учетом возможности временного приостановления реализации мероприятий федеральных проектов «Европа ‒ Западный Китай» и «Высокоскоростное железнодорожное сообщение», «до принятия соответствующих решений». В российском правительстве поясняют, что речь не идет об отказе от них, лишь о необходимом уточнении. Однако, по мнению экспертов, оба эти проекта не имеют шансов быть реализованными, тем более в срок. Новыми приоритетами были выбраны строительство автотрасс Москва ‒ Казань, «Меридиан» и реконтрукция трассы М-7, которые служат одной и той же цели развития транспортной связи Европы с Западным Китаем. Проект платной трассы для грузовиков «Меридиан» инициирован «Русской холдинговой компанией» Александра Рязанова. Хотя «Меридиан» и считается частным проектом, глава российского Минтранса Евгений Дитрих в конце июля заявил о рисках невыполнения инвесторами своих обязательств и просил оперативно определить механизмы взаимодействия частных инвесторов и руководителей федеральных проектов, а также утвердить порядок, обязывающий инвесторов предоставлять отчетность о ходе реализации проектов. Их перспективы также под вопросом.

Богдан Галь, Владимир Головко

Оставить комментарий

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *